Репрессии и приговоры: журналисты осуждены, в городах — облавы на призывников
Коротко о главном: ряд журналистов и активистов получили тюремные сроки по обвинениям в распространении «фейков» и участии в «экстремистских сообществах». В ряде городов продолжаются облавы на призывников, на Камчатке — мощное извержение вулкана, а в государственном мессенджере выявили скрытый сбор данных.
Ключевые события
- Мария Пономаренко приговорена к 6 годам колонии по обвинению в распространении «фейков» о ВС РФ и к 1 году 10 месяцам по второму делу о якобы нападении на сотрудников колонии.
- Игорь Кузнецов отбыл более пяти лет по обвинению в «склонении к массовым беспорядкам», которые, по данным защиты, не имели места.
- Роману Иванову назначили 7 лет колонии по статье о «фейках» о ВС РФ.
- Ольге Комлевой вынесли приговор — 12 лет лишения свободы по обвинению в якобы участии в «экстремистском сообществе».
- Некоторые фигуранты отмечены в списках Росфинмониторинга как «террористы и экстремисты».
- На Камчатке произошло мощное извержение вулкана Безымянный — пепел накрыл сёла региона.
- В Воронеже активист Кирилл Деревский рассказал об избиении силовиками, которые разогнали урбанистическую встречу.
- В Москве возобновились облавы на призывников.
- В государственном мессенджере «Макс» выявлен скрытый сбор данных о установленных приложениях и механизмы деанонимизации, обхождающие VPN.
Подробности дел и судов
На суде по третьему уголовному делу Мария Пономаренко рассказала о тяжёлых условиях в колонии: наличии крыс, методах шумового давления, пытках и попытках самоубийства среди заключённых. По её словам, шансы на освобождение минимальны.
В другом деле Второй кассационный суд в Москве оставил без изменений приговор 70‑летней педиатру Надежде Буяновой. В ходе процесса возник вопрос: почему допрос шестилетнего ребёнка проводил майор ФСБ, тогда как суд и адвокат не смогли обеспечить надлежащие гарантии.
По делу челябинской экоактивистки Надежды Вертяховской «свидетель» обвинения запутался в показаниях, что ставит под сомнение надёжность представленных доказательств.
Ряд приговоров и процедур вызывает обеспокоенность правозащитников и близких осуждённых; им по‑прежнему необходима поддержка со стороны общества и адвокатов.
