Россия активно привлекает граждан из беднейших стран для участия в военных действиях. Людям обещают крупные выплаты и перспективы, а затем отправляют в опасные задания; правозащитники квалифицируют такие схемы как систему хищнической вербовки и фактическую торговлю людьми.
Похороны без тела: личная потеря семьи
72‑летний Чарльз Мутока похоронил сына Оскара — бывшего кенийского военного, который уехал на работу в Россию летом 2025 года. Родные получили от него одно короткое сообщение и фотографию в форме, а затем связь оборвалась. Позже стало известно о его гибели, но тело семье не вернули: в мае 2026 года похороны прошли без тела, и родственники до сих пор не знают, где он похоронен или где может находиться его останки.
Масштабы и характеристики вербовки
По данным Главного управления разведки Министерства обороны Украины, более 27 тысяч иностранцев были завербованы для участия в боевых действиях. Исследования международных правозащитных организаций указывают на существование разветвлённой сети привлечения людей в уязвимом положении — через обман, обещания работы или прямое принуждение.
Почему соглашаются: деньги и надежда на спасение семьи
Для людей из стран с крайне низким уровнем доходов предложенная зарплата зачастую выглядит единственным шансом выбраться из нищеты. Так, одному из завербованных обещали около 2000 долларов в месяц — при том что средняя зарплата в его стране измерялась несколькими десятками долларов. Многие соглашались ради поддержки родителей и детей или из‑за отсутствия легальных возможностей для эмиграции.
Обман, принуждение и травмы возвращающихся
Некоторых завербованных направляют в страну по туристическим визам и заставляют подписывать контракты на незнакомом языке. Молодой мужчина из Бангладеш рассказывал, что его отправили, уверив в работе на складе, а затем использовали в боевых операциях: иностранцев часто ставили впереди при штурмах, фактически применяя их как «живой щит». Многие возвращающиеся имеют тяжёлые травмы, психологические проблемы и не могут вернуться к прежней жизни.
Наемники или жертвы торговли людьми?
Хотя участников боёв иногда называют наёмниками, ряд экспертов подчёркивает, что по международному праву ситуация сложнее: многие такие люди формально включены в состав вооружённых сил и нередко получают гражданство, а часть кейсов содержит признаки торговли людьми — обман, принуждение и перемещение с целью эксплуатации.
Практики принуждения и обмана противоречат международным соглашениям, включая Конвенцию ООН против транснациональной организованной преступности и Палермский протокол, которые запрещают торговлю людьми.
Реакция государств и динамика вербовки
Официальные представители утверждают, что иностранцы попадают в боевые операции добровольно. Одновременно родственники завербованных устраивают протесты в разных странах, а лидеры ряда государств поднимают вопрос на двусторонних переговорах. По сообщениям наблюдателей, в 2026 году набор из некоторых стран мог быть ограничен, но общая численность завербованных продолжает увеличиваться: по оценкам ряда координационных структур, в 2026 году к вербовке может присоединиться ещё порядка 18,5 тысяч человек.
Эксперты предупреждают, что при отсутствии международного контроля и эффективной помощи пострадавшим эта практика будет сохраняться и менять географию вербовки в поисках более уязвимых групп.